Исторические дома в центре Москвы являются не только дорогим "винтажным" жильем, но и своего рода ценнейшими экспонатами, рассказывающими об истории города. На их примере можно увидеть, как столица выглядела 100 и более лет назад. Неудивительно, что городские власти взяли на себя ответственность за реставрацию объектов культурного наследия в ходе капремонта, так как мероприятие это ответственное и затратное. Пока во многих домах-памятниках идет капремонт, корреспондент РИА Недвижимость побеседовал с историком Москвы, редактором журнала "Московское наследие" Филиппом Смирновым, чтобы узнать, как и для кого строились эти здания, а также историю прилегающих мест.
Квартал культуры
Улица Чаплыгина идет параллельно Чистопрудному бульвару и Садовому кольцу, аккуратно затесавшись между ними в довольно тихом по меркам центра районе.
Дома на улице Чаплыгина в Москве
В дореволюционные времена улица Чаплыгина была популярным местом у писателей и поэтов, что объяснялось наличием здесь дома знаменитого владельца фабрик Павла Грибова (улица Чаплыгина, 1а), в котором у писателя Максима Горького была квартира. Однако не только эта красивая постройка заслуживает внимания. Неподалеку идет реставрация дома №10, который выходит фасадом на улицу Чаплыгина и перекресток с Фурманным переулком.
Это здание в конце XIX века построили по заказу зубного врача Ивана Коровина. Тогда случился бум доходного домостроения, который начался в 1880-е годы. До начала XX века дома строились невысокие – максимум 4-5 этажей. Принцип был довольно простой: первые этажи отдавались под лавки или магазины, второй и третий этажи были самыми престижными и отдавались либо владельцу, если он хотел сам там жить, либо статусным нанимателям. На этих этажах организовывалась одна-две, максимум три многокомнатные квартиры с высокими потолками, богатой лепной отделкой, наборными паркетами.
Реставрация дома на улице Чаплыгина, 10 в Москве
А четвертый и пятый этажи предназначались для людей с доходом поменьше.
После революции дом был поделен на коммунальные квартиры, а в постсоветское время они стали объединяться обратно в полноценное жилье.
Дом на Большом Харитоньевском переулке, 10/Чаплыгина, 2 в Москве
За облик дома отвечал известный в то время архитектор Иван Кондратенко, в послужном списке которого 85 московских домов.
«
"Дом на Чаплыгина – это эклектика. Он выделяется тем, что на его фасаде имеется довольное большое количество лепного декора. С одной стороны, он скромный и аккуратный, а с другой – на нем есть имперские элементы: лепнина и вензель вокруг цифры с датой постройки", – отмечает Смирнов.
Этот дом вошел в перечень объектов, реставрация которых будут софинансироваться из городского бюджета. С 2020 года стартовала новая программа, благодаря которой жилые дома, обладающие особо сложным архитектурным декором, получают не просто капремонт, а еще и проведение дополнительных работ по реставрации, которые оплачиваются из бюджета города. В данную категорию попали лишь "избранные" объекты, жемчужины капремонта. На данный момент первоочередной перечень составляет 22 жилых дома, являющихся объектами культурного наследия. В их числе "Ажурный" дом Бурова, особняк Кирьяковой на Большом Дровяном переулке и другие знаменитые объекты столицы.
Всего же региональная программа капремонта жилого фонда в столице позволяет сохранить более 380 объектов культурного наследия, в которых проживают 50 тысяч человек.
Популярный модерн
Здание по адресу Спиридоновка, д. 27/24, соседствует с Патриаршими прудами и Садовым кольцом, являя собой дом в стиле модерн, коих в период его постройки (начало XX века) в Москве возводилось немало.
К слову, в те времена этот квартал не являлся престижным. Это понятие появилось уж в 1960-70-е годы, когда там стали селиться преимущественно чиновники и сотрудники посольств.
Авторство здания на Спиридоновке принадлежит русскому архитектору немецкого происхождения, мастеру московского модерна Густаву Гельриху, который построил много домов в столице.
«
"Изящно, на мой взгляд, организовано угловое пространство. Если смотреть на угол Спиридоновки и Садового кольца, то мы получаем акцент, сделанный при помощи эркера, который подпирают атланты. Это вариация северного модерна, у которого отличительная черта – брутальность, но в то же время минорная интонация фасада. Он грозный и одновременно грустный. При этом у дома использована теплого цвета плитка на фасаде. И как раз сочетание несочетаемого дает ощущение теплоты и крепости", – рассуждает Смирнов.
По задумке архитектора, жилец должен был чувствовать себя защищенным, чему способствовала двойная дверь в красивую парадную и форма окон.
Отличительная особенность дома – криволинейная столярка окон – округления в верхней части. Это мешает жильцам поставить современные стеклопакеты, так как верхняя фрамуга обойдется довольно дорого. Благодаря этой особенности, в домах периода модерна почти везде наружная столярка сохраняется. Это очень красит дом и делает его более изящным и интересным, отмечает Смирнов.
Доходный дом Скопника - Бурнаева-Курочкина (архитектор Г. А. Гельрих) в строительных лесах и защитной сетке. Здание расположено по адресу Садовая-Кудринская улица, 24/27, является объектом культурного наследия.
1 из 3
Доходный дом Скопника - Бурнаева-Курочкина (архитектор Г. А. Гельрих) в строительных лесах и защитной сетке. Здание расположено по адресу Садовая-Кудринская улица, 24/27, является объектом культурного наследия.
1 из 3
В целом собственник вправе поставить у себя в квартире любые рамы, в том числе и пластиковые. С другой стороны, у домов, которые являются объектами культурного наследия, оконные рамы на каких-то фасадах могут являться отдельным предметом охраны, как и другие элементы декора. В Фонде капитального ремонта напоминают, что не получится установить пластиковые окна или покрасить холлы подъездов в цвет, который хотят собственники, если исторически использовались другие цвета, и это зафиксировано в предмете охраны.
Когда идет речь о домах-памятниках, необходимо сохранять рисунок расстекловки. И если люди пытаются сюда впихнуть стеклопакет, то наносят урон облику дома, добавляет историк Москвы.
«
"Условно говоря, вместо того чтобы поддерживать в должном состоянии антикварный автомобиль, они меняют его на кредитную дешевую иномарку. С точки зрения вкуса они осуществляют именно это", – сетует Смирнов.
Непрестижная Остоженка
В районе, который сейчас принято называть "золотой милей" из-за обилия дорогостоящего жилья, в старые времена было все иначе. В дореволюционный период пространство вблизи Остоженки и Пречистенской набережной заполняли фабричные строения и небольшие деревянные дома.
Сейчас здесь вдыхают новую жизнь в дом по адресу Остоженка, 42/2, который был построен во второй четверти XIX века. К слову, таких домов здесь в те времена было немного, да и сама местность выглядела иначе.
Перемены происходили довольно плавно и не системно, потому что в XIX веке и начале ХХ века к реке относились сугубо функционально: вода участвовала в технологическом цикле, использовалась для питья и доставки грузов. Поэтому в сторону реки поворачивались тыльные стороны домов. Более того, работа фабрик и предприятий зависела от воды, объясняет логику застройки города в те времена историк.
Дом 42/2 на Остоженке в Москве
Вместе с тем важно понимать, что до возвращения Москве статуса столицы в 1918 году границы города шли по контуру Камер-Коллежского вала (насыпные холмы в районе нынешнего Третьего транспортного кольца). То есть Хамовнический вал и окружающие его территории были окраиной. Зачем знати там селиться?
В Хамовниках было несколько фабрик по производству парусов и тканей, неподалеку был расквартирован полк и располагались казармы и больница. Поэтому обычные горожане активно там не селились.
Прохожие возле дома 42/2 на Остоженке в Москве. Справа – особняк Всеволожского
Застройка, пусть и точечная, доходными домами и особняками для состоятельных людей, началась в конце XIX века.
Тогда и появились красивейший особняк Цветкова и легендарный Дом Перцовой на Пречистенской набережной.
Пречистенская набережная Москвы-реки
В свою очередь, здание по адресу Остоженка, 42/2, его также называют домом М.В. Голубицкой, является характерным доходным домом рубежа XIX-ХХ веков.
Любопытно, что его архитектором стал Николай Струков – достаточно известный в Москве в том время, причем печально известный.
"Он построил много домов, получал много заказов на городскую инфраструктуру для нужд города. А в 1913 году случилось несчастье – обрушился фасад здания, известного сейчас как "Дом Моссельпрома". Для архитектора это обернулось арестом", – рассказывает Смирнов.
Сам дом 42/2 на Остоженке возводился в несколько этапов, потому что у заказчика было ограниченное число средств. По мере накопления денег приглашали архитектора, который расширял здание.
"Это строение классическое: с мезонином и с пространством двора. Его превратить в коммуналку довольно сложно, поэтому в такие дома в советские годы заезжали всякие учреждения. Иногда у них не было денег на снос или перестройку помещения. Уже потом, когда стало понятно, что здесь находится довольно большое количество ветхих строений, не взятых под охрану государством, начались преобразования в этом квартале", – рассказывает Смирнов.
Здание наземного вестибюля станции московского метрополитена "Парк культуры" Сокольнической линии на Остоженке
При этом этот старинный дом из-за своей близости к Садовому кольцу чуть было не исчез. Он чудом уцелел при строительстве московского метрополитена и станции "Парк культуры", так как планировалось, что здесь будут разъездные пути.
Сохранение первоначального облика таких домов – одна из важных составляющих программы капитального ремонта объектов культурного наследия. Сам ремонт в жилом фонде осуществляется за счет ежемесячных взносов жителей, а реставрация в объектах, вошедших в новую программу софинансирования, – за счет бюджетных средств.
Работы в домах-памятниках проводятся под строгим контролем Фонда капитального ремонта столицы и городского департамента культурного наследия. Реставрацией занимаются лицензированные подрядные организации с соответствующими разрешениями от Минкульта. Перед стартом капремонта проводят историко-культурную экспертизу, каждый этап работ контролируется специалистами.