Модное платье и очередной шедевр современной архитектуры – что между ними общего? И то и другое начинается с эскиза, затем проходит все стадии моделирования и конструирования, а после оформляется дизайнерскими деталями. И это только поверхностные точки соприкосновения этих двух видов искусства. Сайт "РИА Недвижимость" решил капнуть глубже.
Так или иначе, тенденции в мире моды и архитектуры подчиняются общему стилю той или иной эпохи. Величественная стать соборов, подчеркнутость и вытянутость линий, строгая геометрия при богатстве и изяществе деталей – все это можно найти как в архитектуре, так и в одежде периода господства готики. Причудливость, пышность, излишества, обилие декора, зачастую нелепого – барочные здания и костюмы были чем-то похожи на праздничные торты.
Мода и архитектура всегда находились в постоянном диалоге друг с другом, но по-настоящему их взаимоперетикание произошло во второй половине XIX - начале XX веков во времена модерна, а после ар-деко. Эти направления в искусстве преодолевали и размывали границы между разными видами творческих сфер. Поэтому архитекторы того времени Петер Беренс, Анри ван де Велде и легендарный Фрэнк Ллойд Райт пробовали себя в качестве разработчиков одежды. В то же время, мода вслед за архитектурой, которая освобождалась от лишнего декора и обретала простые формы и комфортные пространства, сбрасывала с женщин корсеты и сложные наряды, в вместо этого одевала в удобные брюки. Так, парижский модельер, легенда мира моды Поль Пуаре реализовал эти принципы в жизнь.
В настоящее время мода и архитектура идут рука об руку. Модельеры вдохновляются архитектурными творениями, а архитекторы буквально идут в "портняжки".
Так или иначе, тенденции в мире моды и архитектуры подчиняются общему стилю той или иной эпохи. Величественная стать соборов, подчеркнутость и вытянутость линий, строгая геометрия при богатстве и изяществе деталей – все это можно найти как в архитектуре, так и в одежде периода господства готики. Причудливость, пышность, излишества, обилие декора, зачастую нелепого – барочные здания и костюмы были чем-то похожи на праздничные торты.
Мода и архитектура всегда находились в постоянном диалоге друг с другом, но по-настоящему их взаимоперетикание произошло во второй половине XIX - начале XX веков во времена модерна, а после ар-деко. Эти направления в искусстве преодолевали и размывали границы между разными видами творческих сфер. Поэтому архитекторы того времени Петер Беренс, Анри ван де Велде и легендарный Фрэнк Ллойд Райт пробовали себя в качестве разработчиков одежды. В то же время, мода вслед за архитектурой, которая освобождалась от лишнего декора и обретала простые формы и комфортные пространства, сбрасывала с женщин корсеты и сложные наряды, в вместо этого одевала в удобные брюки. Так, парижский модельер, легенда мира моды Поль Пуаре реализовал эти принципы в жизнь.
В настоящее время мода и архитектура идут рука об руку. Модельеры вдохновляются архитектурными творениями, а архитекторы буквально идут в "портняжки".
© LEON NEAL / AFP
1 из 14
Понятие конструирования одинаково знакомо как архитекторам, так и модельерам и дизайнерам одежды, ведь костюм должен правильно сесть на фигуру, в нем должно быть комфортно передвигаться. Поэтому в домах моды с мировой известностью трудятся специальные конструкторы одежды, разрабатывающие лекала, схемы и выкройки. После того, как маэстро-модельер родил очередной прекрасный образ, эти специалисты "просчитывают" его и корректируют таким образом, чтобы потом его в принципе можно было носить.
Такой же принцип работает и в архитектуре. Маэстро создает проект здания, а инженеры и конструкторы решают, как воплотить его в жизнь, чтобы он не развалился. Любопытно, что иногда сложность замысла архитектора настолько велика, что инженеры либо отказываются от него, либо требуют внести изменения во имя безопасности.
Конструирование позволяет в том числе поставить производство как одежды, так и домов на поток, типизировать. Масс-маркет – термин, знакомый в обеих областях.
Впрочем, в архитектуре есть место и для моделей "от кутюр" – штучных уникальных авторских проектов, которые даже сам автор вряд ли повторит. Например, "Центр здоровья мозга" архитектора-деконструктивиста Фрэнка Гери в Лас-Вегасе настолько же оригинален и слегка безумен, сколь и сценические костюмы Леди Гаги (см. фото ранее).
Такой же принцип работает и в архитектуре. Маэстро создает проект здания, а инженеры и конструкторы решают, как воплотить его в жизнь, чтобы он не развалился. Любопытно, что иногда сложность замысла архитектора настолько велика, что инженеры либо отказываются от него, либо требуют внести изменения во имя безопасности.
Конструирование позволяет в том числе поставить производство как одежды, так и домов на поток, типизировать. Масс-маркет – термин, знакомый в обеих областях.
Впрочем, в архитектуре есть место и для моделей "от кутюр" – штучных уникальных авторских проектов, которые даже сам автор вряд ли повторит. Например, "Центр здоровья мозга" архитектора-деконструктивиста Фрэнка Гери в Лас-Вегасе настолько же оригинален и слегка безумен, сколь и сценические костюмы Леди Гаги (см. фото ранее).
© flickr.com/o palsson
2 из 14
Как уже было сказано, многие архитекторы экспериментируют с дизайном одежды, как, например, Чарльз Джеймс, которому мир моды обязан "дутыми" стегаными пальто. Именно его подход к конструированию одежды перенимал Ив Сен Лоран и другие известные кутюрье.
Плоскогубцы, отвертки и молотки шли в ход, когда творил маэстро Пако Рабан. Архитектор по образованию и модельер-кутюрье по призванию он не только применял принципы архитектурного конструирования в одежде, но и произвел революцию в плане материалов. Платья-кольчуги из металла, стекла, кожи, пластика, и даже бумаги стали его визитной карточкой. Кто знает, возможно, именно архитектурное образование позволило Рабану выйти за границы привычного и увидеть декоративный потенциал в том, что изначально для одежды никак не рассматривалось.
Плоскогубцы, отвертки и молотки шли в ход, когда творил маэстро Пако Рабан. Архитектор по образованию и модельер-кутюрье по призванию он не только применял принципы архитектурного конструирования в одежде, но и произвел революцию в плане материалов. Платья-кольчуги из металла, стекла, кожи, пластика, и даже бумаги стали его визитной карточкой. Кто знает, возможно, именно архитектурное образование позволило Рабану выйти за границы привычного и увидеть декоративный потенциал в том, что изначально для одежды никак не рассматривалось.
© GERARD JULIEN / AFP
3 из 14
Кстати, среди архитекторов в последнее время стало модным одевать здания в металлическую кольчугу из перфорированных панелей или металлических элементов. В частности небоскреб Burj Qatar в Дохе (Катар) французского архитектора Жана Нувеля может похвастать ажурной металлической вуалью, "наброшенной" на все здание.
© flickr.com/Marco Zanferrari
4 из 14
А вот архитектор-деконструктивист Заха Хадид, скончавшаяся в этом году, разрабатывала модели обуви, столь же невероятные и замысловатые, сколь и ее архитектурные работы.
На фото: женские туфли Захи Хадид и Патрика Шумахера "Нова" (2013 г.) на выставке "Британский дизайн: от Уильяма Морриса к Цифровой революции" в Государственном музее изобразительных искусств имени А.С. Пушкина в Москве.
На фото: женские туфли Захи Хадид и Патрика Шумахера "Нова" (2013 г.) на выставке "Британский дизайн: от Уильяма Морриса к Цифровой революции" в Государственном музее изобразительных искусств имени А.С. Пушкина в Москве.
5 из 14
Искусство красиво драпировать ткани до сих пор позволяет модельерам и дизайнерам создавать новые образы, экспериментировать с формой. Эффектная драпировка и обилие декоративных складок делает одежду многослойной, сложной и при этом наделяет образ особой пластикой.
Особенно эффектно это смотрится при игре цветовых контрастов.
Особенно эффектно это смотрится при игре цветовых контрастов.
6 из 14
Архитекторы также используют принцип драпировки, например, при планировании интерьеров. Так, интерьер бизнес-центра Dominion Tower Захи Хадид в Москве своими ярусами-складками на стенах напоминает красиво сложенную ткань.
7 из 14
Кружевные ткани и аппликации всегда смотрятся изысканно и утонченно, придавая одежде невесомости и воздушности.
© AFP PHOTO / Yoshikazu TSUNO
8 из 14
Современные архитекторы тоже часто "одевают" свои здания в кружева, чтобы добиться аналогичной воздушности и изящества. Так, например, здание библиотеки в Бирмингеме (Великобритания), созданное по проекту мастерской голландского архитектора Франисны Хубен Mecanoo, закутано в металлические кружева. Хотя в плане конструкции ничего особенного здание не представляет – стопка коробок разной величины.
© JUSTIN TALLIS / AFP
9 из 14
Принты, узоры, орнаменты – самое безграничное поле творчества как для дизайнеров одежды, так и для дизайнеров интерьеров и архитекторов.
Впрочем, среди принтов есть и своя классика, как, например, клетка или полоска. Строгая геометрия клетки, направленность полосок, плюс игра на контрастах – это мощный акцент всего образа, задающий ему ритм и динамику.
Впрочем, среди принтов есть и своя классика, как, например, клетка или полоска. Строгая геометрия клетки, направленность полосок, плюс игра на контрастах – это мощный акцент всего образа, задающий ему ритм и динамику.
10 из 14
Именно на игре клеток и полосок основан визуальный эффект башен-близнецов "Ворот Европы" в Мадриде (Испания) автораства Филипа Джонсона и Джона Берджи. Ну а сочетание красного, белого (белый металл в данном случае) и черного обладает особой мощью, строгостью и напряженностью.
© flickr.com/bjaglin
11 из 14
Цвет – главное оружие всех модельеров. Он может одну и ту же модель сделать игривой, строгой, романтичной, тяжелой и воздушной. В принципе, любой дизайнер одежды по-своему художник, только вместо красок у него ткани и аксессуары.
12 из 14
Не видит границу между живописью и своим творчеством британский архитектор Уильям Олсоп. Он – настоящий колористический бунтарь, раскрашивающий здания в яркие цвета.
Так, фасад его офисной башни Colorium в Дюссельдорфе (Германия) состоит из двух тысяч стеклянных фрагментов разного цвета, благодаря которым здание похоже на детский конструктор или пеструю аппликацию.
Так, фасад его офисной башни Colorium в Дюссельдорфе (Германия) состоит из двух тысяч стеклянных фрагментов разного цвета, благодаря которым здание похоже на детский конструктор или пеструю аппликацию.
© flickr.com/Bert Kaufmann
13 из 14
Впрочем, архитектура и мода проникают друг в друга не только в виде каких-то тенденций и принципов. Они буквально обмениваются образами. Благодаря этому на Тайване, например, появилась церковь в виде туфельки, а на предметы одежды украшают принты в виде зданий, соборов и других сооружений.
14 из 14